СОЦИАЛЬНАЯ МОБИЛЬНОСТЬ

Следующее важное различие - между структурной и неструктурной социальной мобильностью, где первое относится к движениям, ставшим возможными благодаря фундаментальным изменениям в форме структуры занятости (в частности, в удельном весе определенных классов, статусных групп и т.д.) в рамках конкретного общества, а второе - к любым движениям, которые не предполагают таких изменений. Одно из главных предположений состоит в том (см. таблицу), что структуры занятости часто являются более фундаментальными в определении формы и величины социальной мобильности в рамках определенного общества или исторического периода (то есть вызывают "структурную мобильность"), чем различия в образовательных учреждениях, индивидуальной мотивации и т.д (то есть неструктурных источников мобильности). Однако, хотя способность последнего воздействовать на ее уровни может быть ограничена, "неструктурные" факторы, вроде образования, тоже создают различие, особенно там, где действуют в качестве стимуляторов изменений в структурах занятости, например, способствуя "профессиональной модернизации" - профессиональному переходу, предполагающему "замену" недипломированных специалистов дипломированными, или более общему повышению в статусе и содержании конкретных рабочих мест (ср. Креденциализм).

Некоторые исследователи считали темпы социальной мобильности в Великобритании относительно устойчивыми в течение послевоенного периода, но исследование Голдторпа и др. (1980) указало на то, что в целом уровни восходящей мобильности (включая вступление в класс сферы услуг)  выше, чем принято считать, за счет "структурной мобильности".

Там, где в центре внимания находится равенство возможностей  между социальными классами, важнее степень мобильности, как только изменения в профессиональном распределении приняты во внимание, а "структурной мобильностью" следует пренебречь (Гласе, 1954). Пейн (1989), однако, привел доводы против такого автоматического предположения: уместной также является "относительная вероятность мобильности... без искусственного удаления структурного изменения". Таким образом, при сравнении разных времен (включая изучения Голдторпа 1972 г., Эссекс кого университета 1984 г., Маршалла и др., 1988) мы обнаруживаем следующее: в то время как "успех класса сферы услуг в сохранении классового положения не ослабевает, невыгодное положение, пережитое теми, кто происходит из рабочего класса, улучшилось" (Пейн, 1989).

Сложные методологические проблемы, в том числе профессиональной классификации (см. также шкалы занятости) , надежности воспоминаний респондентов и сравнения поколений с завершенными карьерами с теми, чьи карьеры не завершены, сопутствуют всем подобным исследованиям. В наиболее современных применяются весьма сложные статистические и математические методы, в рамках которых некоторые предложили "методы" и "измерения", выходящие за пределы социологической ясности или уместности. Есть и еще одна проблема - большинство исследований сосредоточено лишь на мужчинах. См. также Ответная и спонсированная мобильность;  Высшее образование.

Социальная мобильность. Изменения в структуре занятости могут рассматриваться в качестве главного детерминанта степени возможностей для социальной мобильности (1), а учреждения образования (3) способствуют ей, что особенно важно в современных обществах, влияя на тех, кто становится мобильным (2), а также стимулируя изменения в структуре занятости.