ПОЛОЖЕНИЕ РАБОЧЕГО КЛАССА В АНГЛИИПОЛОЖИТЕЛЬНАЯ ДИСКРИМИНАЦИЯ

ПОЛОЖЕНИЕ РАБОЧЕГО КЛАССА В РОССИИ

Найдено 2 определения термина ПОЛОЖЕНИЕ РАБОЧЕГО КЛАССА В РОССИИ

Показать: [все] [краткое] [полное] [предметную область]

Автор: [отечественный] Время: [современное]

ПОЛОЖЕНИЕ РАБОЧЕГО КЛАССА В РОССИИ

работа В.В. Берви-Флеровского (1869).

В сочинении Берви-Флеровского получила яркое выражение мысль, что одна реформа 19 февраля 1861 не произвела, да и не могла произвести серьезного улучшения в положении народных масс. "Природа дает возможность поражать мир таким же благоденствием, каким его поражает демократия Американских Соединенных Штатов, а социальные условия заставляют поражаться такими бедствиями рабочего населения, которые почти неслыханны, в сравнении с которыми много раз оплаканные судьбы европейского пауперизма должны представляться райским блаженством и недосягаемым благополучием".

Для тогдашней эпохи является характерным то, что автор не выделяет рабочий вопрос из крестьянского, и большую часть его книги занимает описание положения именно земледельческого населения. Причину крестьянского обеднения автор видит в тяжести оброков и податей и во вредном влиянии помещичьего землевладения. "Мы можем быть вполне уверены, что если бы у нас не было помещичьих земель, то Россия по благосостоянию своему немедленно сравнялась бы с Европой, а при улучшении финансовой системы стала бы догонять Америку".

Что касается характеристики положения рабочих, на примере центра промышленного производства г. Енисейска, то Берви-Флеровский выделяет по характеру работы пять главных групп: это "рабочие по общему контракту, конюхи, рабочие для вскрытия торфов, золотишники и розыскные партии". Рабочие по общему контракту составляют большинство рабочих и имеют самую тяжелую работу и самое плохое содержание, по сравнению с другими группами. "Что же делать, - скажет мне политико-эконом, - заработная плата определяется законами конкуренции, остается им подчиниться, - пишет Берви-Флеровский. - Итак, - продолжает он свою мысль, - если заработная плата определяется конкуренцией, то следовательно общество должно смотреть сложа руки на все безобразные явления, которые происходят от такого положения, явления, поражающие не только отдельную личность, но всю массу рабочего населения? Если право собственности имеет какое-либо полезное значение для общества, то только потому, что посредством его труд может получить полное вознаграждение. Приобретение без труда есть приобретение насчет чужого труда, а приобретение насчет чужого труда есть нарушение права собственности. Не забудем же это".

"Нельзя не заметить, - рассуждает Берви-Флеровский, - что современный порядок, при котором произведения фабрик и заводов принадлежат одному капиталисту, в высшей степени убыточен для рабочих. Общество должно сделать все от него зависящее, чтобы поставить работника по отношению к капиталисту в такое положение, при котором он не соглашался бы быть наемником. Капиталист дает свой капитал, работник - свой труд, произведение есть плод их общих усилий. Работник не должен отказываться от своих прав на него ради жалкой заработной платы. Наем на фабрики и промыслы заменил собою рабство; но это отношение не окончательное, а составляющее для работника только одну ступень выше крепостного труда; настанет время, когда наем будет воспрещен, как воспрещено рабство. Между работником и капиталистом должно быть равенство, а его не будет до тех пор, пока будет существовать наем, пока капиталист и работник будут наниматель и наемник, а не товарищи, пока работники не будут такими же хозяйствами произведений фабрики, как и капиталист".

Таким образом, идея равенства, идея товарищества между капиталистом и работником, идея разделения изведенного продукта по трудовому вкладу становится основной идеей работы Берви-Флеровского. "Рабство уничтожено и уступило свое место найму - наем должен уступить товариществу. Между трудом и капиталом должно быть равенство, между работниками и капиталистом - товарищество". Удивительно, - считает Берви-Флеровский, - что социалисты Западной Европы, бившиеся как рыба об лед из-за вопроса о рабочем классе, не сумели понять, что в высшей степени несправедливо, чтобы то, что было произведением капитала и труда, составляло собственность одного капитала. Работники должны иметь на ход дела такое же влияние, как и капиталисты, они товарищи. Доходы фабрики, капитал, на нее определенный, должны быть одинаково известны и тем, и другим. Капиталисты получают процент в вознаграждение за риск, работники - остальное".

"Конечно, - отмечает далее Берви-Флеровский, - социальный вопрос в деле промышленного производства этим еще не решается; его разрешение началось бы со дня окончательного устранения капитала от производства; во всяком случае ожесточение между пролетарием и капиталистом увидало бы свой конец".

Так Берви-Флеровский подходит к вопросу о самоуправлении, когда "работники могут с пользой участвовать в управлении промышленными заведениями, где ход дела им часто известен лучше, чем хозяину".

Сравнивая губернии с крупными чугунно-плавильными заводами и с мелкой кустарной промышленностью, автор приходит к заключению, что мелкая промышленность гораздо лучше обеспечивает население, чем крупная. "Неужели можно равнодушно смотреть на то, что машины - этот важнейший благодетель человеческого рода, это плодоносное орудие, которое дает рабочему возможность при несравненно меньших усилиях производить не только вдвое и втрое, но иногда во 100 раз более, - эти машины делаются бичом для рабочего класса? Не только для работников, для целых местностей оказывается более выгодным производить мало и дорого, чем производить много и дешево".

Берви-Флеровский задает вопрос: в чем же выход? И отвечает на него: "Спасти Россию от всех этих бедствий (дороговизны продуктов и нищеты населения), - говорит он относительно горной промышленности, - можно только передачей промыслов и заводов в руки заводских артелей. Между различными артелями будет конкуренция. Капиталист тут совершенно излишний, от него нужно избавиться при первой возможности".

Необходимость подобного рода действий автор выводит из того, что на фабриках и заводах рабочий поставлен в такое положение, что он не может существовать своими заработками, хотя производительность его была бы достаточна для роскошного содержания; вследствие недостаточных заработков, дурной расплаты и обсчитывания он везде погрязает в долгах. Как часто фабрикант находит более выгодным бесчестным образом держать рабочих в кабале посредством подобных долгов, чем честно обеспечивать их существование. Работники и даже дети изнуряются непосильной работой по 16 часов в день. Ярославский статистический комитет нашел образцовым положение рабочих на фабриках, где мужчины, женщины и дети работали по 14 с половиной часов в сутки и жили в казармах. Для охранения здоровья работника не принимается никаких мер, и в то время, когда работники гибнут самым несчастным образом, капиталисты получают на свой капитал по 60% в год. Чаще всего администрация не принимает никаких мер для сохранения здоровья рабочего, но и там, где меры эти по разным причинам принимаются, они остаются безуспешными. Задержка заработной платы, эксплуатация при помощи фабричных лавок, полнейшее пренебрежение предпринимателей не только к здоровью, но и к жизни рабочих, нищенская плата при чрезмерной продолжительности рабочего дня - все эти явления, типические для данного времени, были констатированы со всеми подробностями в отчетах фабричной инспекции в середине 1880-х.

В.В. Берви-Флеровский обобщил большой статистический материал и личные наблюдения, касающиеся социально-экономического развития трудящихся в разных губерниях России. Анализ типов хозяйства (помещичьего, фермерского и крестьянско-общинного) ведется им с привлечением как экономических категорий, так и социальных - описания условий труда и быта людей, их образа и уровня жизни. К. Маркс назвал его работу самой значительной после произведения Ф. Энгельса "Положение рабочего класса в Англии".

Г.Н. Соколова

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Социология: энциклопедия

ПОЛОЖЕНИЕ РАБОЧЕГО КЛАССА В РОССИИ

сочинение К.А. Пажитнова (1906).

В работе описывается положение фабрично-заводских рабочих в течение первого этапа (до середины 1880-х) и второго этапа (с середины 1880-х по 1904). Сравнивая ее с аналогичной работой В.В. Берви-Флеровского [ "Положение рабочего класса в России" (Берви-Флеровский)], вышедшей почти на полстолетия раньше, можно видеть значительный прогресс в научном освещении исследований и подходе к проблемам. Для обоих авторов характерен жанр исторической социологии, т.е. попытка провести сопоставление положения рабочего класса в разные исторические периоды. В то же время у К.А. Пажитнова наблюдается резкий отход от метода сюжетных зарисовок и очерков, касающихся отдельных сторон жизни рабочих, в направлении к построению эмпирически обоснованной социально-экономической концепции. За эмпирическими фактами и статистическими выкладками он стремится обнаружить не просто объективную логику происходящего, но и его социальную подоплеку.

Так, положение фабрично-заводских рабочих до середины 1880-х Пажитнов рассматривает на основании систематизации и анализа отчетов фабричных инспекторов и земских исследований. В 1879 Московское губернское земство приступило к изучению санитарного положения фабрик и заводов во всех уездах губернии. Материалы этого исследования, проводившегося с 1879 по 1885, вместе с отчетами фабричных инспекторов, являются главным и высокоценным источником при изучении положения рабочего класса в течение первого этапа в развитии отношений между работодателями и рабочими.

Одновременно Пажитновым анализируются сфера применения и социальные последствия действия основных законов, направленных на улучшение положения фабрично-заводских рабочих. Так, в 1882 вышел закон, согласно которому дети, не достигшие 12 лет от роду, к работам на фабриках и заводах не допускаются. Кроме того, малолетние от 12 до 15 лет не могут работать более 8 часов в сутки. Ночная работа (от 9 часов вечера до 5 часов утра), а также работа в воскресные и праздничные дни для них не допускается. Одновременно с этим учреждалась должность фабричных инспекторов. Однако вследствие сопротивления фабрикантов, применение закона о малолетних было отсрочено на два года, да и впоследствии этот закон в очень многих случаях игнорировался из-за недостаточности контроля.

Обращаясь к отчетам окружных фабричных инспекторов, Пажитнов уделяет особое внимание сахарным заводам как главным, если не единственным представителям крупной капиталистической промышленности, так как громадная часть остальных заведений мелки как по числу рабочих, так и по стоимости производства и даже носят полукустарный характер. Из отчета инспектора Киевского округа г-на Новицкого за 1885 следует, что "...на всех осмотренных заводах не имеется почти никаких особых вентиляционных приспособлений...; нередко рабочие помещения бывают переполнены парами, а часто и резким запахом фильтрационной грязи. Помещения для мойки бураков отличаются крайней сыростью, темны и грязны; рабочим при общей сырости приходится стоять босыми в воде. К числу наиболее вредных работ на сахарных заводах следует отнести работы с известью, которые состоят в гашении, переноске и разбалтывании извести с водой. Мельчайшие частицы ее носятся в воздухе, покрывают платье и тело рабочих, разъедают глаза, проникают в легкие и вызывают разного рода легочные заболевания... Весьма существенный недостаток почти всех сахарных заводов - это отсутствие ограждений при машинах и опасных частях механизмов; существующие ограждения крайне несовершенны и состоят обычно из легких деревянных перил, поставленных кое-как. Передаточные ремни редко бывают закрыты футляром или огорожены".

Остальные промышленные предприятия принадлежат в большинстве случаев к мелким, следует из того же отчета, как например, стеклянные заводы, почти все суконные фабрики и другие. С них и спрашивать нечего. На стеклянных заводах обращает на себя внимание устройство самих заводов, каждый из которых представляет собой большой сарай с плохо устроенными стенами, мало защищающими рабочих от внешнего влияния погоды. В таком сарае помещается весь стеклянный завод со всеми его приспособлениями, как то: плавильными и калильными печами, а иногда в нем находится и помещение хозяина или его приказчика. Понятно, что такое устройство заводов отзывается, особенно зимой, крайне вредно на здоровье рабочих, а особенно на малолетних, работающих обыкновенно в плохой одежде и босиком.

Обратимся теперь к отчету инспектора Харьковского округа г-на Святловского. Мастерские суконных фабрик в большей или меньшей степени страдают тесным расположением машин, что представляет существенный недостаток с санитарной точки зрения. Особенная теснота замечается в расположении прядильных и других крайне опасных машин. Но особенно плохи на суконных фабриках "мокрые" отделения - это настоящие сырые промозглые подвалы; а между тем полураздетые работницы постоянно ходят из них в сушильню, где температура доходит до 40 градусов по Цельсию. Воздух даже в ткацких отделениях крайне спертый и зловонный. А между тем, это крупные фабрики.

Большая часть табачных фабрик отличается крайней скученностью рабочих. Благодаря этому обстоятельству воздух в них почти всегда спертый, душный, причем в порче его участвуют не только человеческие испарения, но и недостаток вентиляции, а также примесь продуктов горения газа, керосина и свечей. Вентиляции почти не имеется. Желудочные скоропреходящие боли знакомы всем табачным работникам и представляют настоящее профессиональное заболевание. Просторны, светлы и удовлетворяют санитарным требованиям только машиностроительные и чугунолитейные заводы.

В отчете инспектора Воронежского округа г-на Миропольского за 1885 отмечается разница между фабриками городскими и деревенскими. Для городских фабрик и заводов неизбежны и характерны теснота, скученность фабричных построек, а вместе с тем недостаточное освещение мастерских днем; грязь и нечистота вследствие дороговизны и затруднительности вывоза нечистот и отбросов. В сельских местностях почти все заводы и фабрики расположены просторно, света и воздуха здесь достаточно. Но выгодность таких условий с санитарной точки зрения уменьшается тем, что, нуждаясь в воде для производства, фабрики и заводы располагаются обычно вдоль рек, озер или прудов, в сырых и вредных для здоровья местах. Почти все они черны и мрачны на вид, плохо освещаются и грязно содержатся.

Инспектор Казанского округа г-н Шидловский в своем отчете за 1885 отмечает, что устройство рабочих помещений приспособлено почти исключительно к требованиям производства; удобства же рабочих, а тем более какие-либо санитарные требования по большей части не принимаются в расчет. При этом хозяева обыкновенно ссылаются на то, что "ни один рабочий, в какой бы дурной обстановке ему ни приходилось работать, никогда не жалуется на нее". Но только как ему жаловаться, когда за жалобой следует расчет?

Если хлопчатобумажное производство, говорит инспектор Владимирского округа д-р Песков, по своей пыли справедливо считается очень вредным, то обработка льна, по употребляемым при нем способам и той обстановке, при которой она совершается на льняных фабриках, представляет собой еще более вредное производство, особенно для детей. Пыль, выделяющаяся при обработке льна, содержит в себе, кроме волокон, кремнекислые соединения, действующие весьма вредно на легкие. Обстановка представляет верх нарушения всяких гигиенических правил.

В своем отчете за 1885 инспектор Московского округа г-н Янжул за интересующими нас сведениями отсылает к отчету за 1882-1883 по Московской губернии, - отмечает Пажитнов. Мы присоединяем сюда, - добавляет он, - еще данные, добытые санитарным исследованием, предпринятым Московским губернским земством за период 1879-1885. В отчете анализируется ситуация на бумагопрядильных и бумаготкацких фабриках, на ситценабивных и механических красильно-отделочных фабриках, на химических заводах. "На многих фабриках, - говорит Янжул, - машины расставлены слишком тесно, многие механизмы, требующие ограждения, в действительности не ограждены, что грозит большой опасностью для работающих и ведет к большому количеству несчастий, начиная с ничтожных порезов и кончая изуродованием и лишением жизни". Почти полная безответственность хозяев за несчастия с рабочими ведет не только к недостатку ограждений опасных частей машин, но даже к полнейшему невниманию к ним там, где они уже существуют.

Итак, по отзывам всех инспекторов, санитарное состояние посещенных ими промышленных заведений представляет картину довольно неприглядную, причем не замечается в этом отношении большой разницы между различными губерниями России. В громадном большинстве заведений против таких последствий фабрично-заводских производств, как чрезмерно высокая или низкая температура, сырость, пары, зловоние, ядовитые газы и др., почти никаких мер не принимается. Вентиляции, а равно и других приспособлений или не существует, или они крайне неудовлетворительны и потому не достигают своей цели. Точно так же мало внимания обращается на необходимость ограждения опасных механизмов, результатом чего является множество несчастных случаев с рабочими, и особенно с малолетними. Наиболее действенным средством для борьбы с этим злом и его последствиями является установление ответственности предпринимателей за несчастные случаи с рабочими и надлежащего контроля за принятием со стороны промышленников необходимых предупредительных мер. Правда, еще в 1862 был выработан Устав о промышленности, где хозяевам вменялось в обязанность под страхом взысканий соблюдать разработанные общие и специальные правила о мерах предосторожности. Но проект этот так и остался проектом. Не только не было издано соответствующего закона, но и отчеты фабричной инспекции с 1885 г. перестали публиковаться.

Изучаемый Пажитновым этап - до середины 1880-х - характеризовался тем, что не только исключительно низко оплачивался вообще труд человека, но и право рабочего на свой полный заработок признавалось предпринимателями с большими ограничениями, т.е. под непременным условием его дальнейшей эксплуатации. До закона 1886, регулировавшего взаимные отношения сторон, "у большинства промышленных заведений, - говорит фабричный инспектор Янжул, - плата заработанных денег производилась, когда хозяин пожелает и имеет нужные для этого деньги. Другими словами, рабочие ссужали капиталистам беспроцентно более или менее значительную часть своей заработной платы, а те на эти деньги совершали торгово-промышленные операции уже с наложением процентов. Это явление по своей распространенности являлось общим и составляло одну из характерных черт периода так называемых "патриархальных отношений".

Рабочий, по заключению Пажитнова, "использовался" предпринимателем не только как рабочая, но и как потребительская сила, не только внутри фабрики, но и за ее пределами. Как может существовать рабочий без денег? Очень просто. Рабочий оставлял предпринимателю часть своей заработной платы, и на эти деньги предприниматель открывал ему кредит (хотя и не беспроцентно - в этом вся разница). Для этого существовали так называемые фабричные лавки, где отпускались необходимые вещи. Неопределенная расплата в разные сроки составляла, несомненно, одну из существенных причин неудовлетворительного экономического положения рабочих, о чем неоднократно сообщалось многими исследователями русского рабочего быта.

Такова, в самых общих чертах, картина, которая открылась глазам русского общества, когда была приподнята наконец завеса, так долго ее скрывавшая. Картина эта была столь ужасна и сами трудящиеся массы столь явственно к этому времени давали об этом знать, что хотя завеса была вновь опущена и фабричные отчеты перестали опубликовываться, оставить все по-прежнему было невозможным. Чтобы задержать, если не остановить, рабочее движение, правительство России вступило на путь вмешательства в отношения между трудом и капиталом; этим и заканчивается первый этап, открывая место второму.

Второй этап (с середины 1880-х) характеризуется в экономической жизни России быстрым ростом промышленного капитализма. Это нашло отражение и в возрастании числа фабрично-заводских рабочих: в 1886 - 837.382 человек, в 1890 - 959.345 человек, в 1893 - 1.118.000 человек; в 1902 - 1.710.773 человек. Таким образом, число фабрично-заводских рабочих за 40 лет - с 1860 по 1900 - возросло почти в три раза.

Какие же изменения произошли в положении фабрично-заводских рабочих с 1885 по 1904, что принесло с собой государственное вмешательство для смягчения того мрачного фона, на котором вырисовывается этап, рассмотренный ранее? Прежде чем сделать общее заключение, Пажитнов приводит имеющиеся в его распоряжении факты, начиная с рассмотрения санитарного положения фабрично-заводских заведений, а затем - жилых помещений для рабочих.

Что касается санитарного положения, то ему приходится констатировать, что "специальных санитарных законов у нас нет, как не было их и на предыдущем этапе, все дело ограничивалось одними лишь проектами, не получившими своего подтверждения". Если велика была потребность, заставлявшая государственные органы выступать с проектами защиты рабочих, то не менее велика была и сила сопротивления со стороны заинтересованных сфер, о которую непрестанно разбивались все эти попытки. И в результате не предъявлялось никаких особых требований к владельцам промышленных заведений относительно ограждения здоровья и жизни рабочих.

При отсутствии санитарного законодательства и специальной ответственности предпринимателей за несчастные случаи с рабочими, немудрено, отмечает Пажитнов, что большинство фабрик и заводов являются, по выражению одного из фабричных инспекторов, лабораториями травматизма и источниками всевозможных заболеваний. Причиной всех этих несчастных случаев, калечений, увечий, ожогов, болезней и проч. является не злой рок, не беспечность рабочих, а такие обстоятельства, как: конструктивные недостатки самих машин и других механических приборов в смысле их опасности, отсутствие правильного технического надзора в большинстве фабрик, игнорирование или незнакомство лиц, руководящих делом, с санитарной наукой и отсутствие предохранительных приспособлений.

Обнаруживающиеся в период 1882-1898 улучшения технико-санитарных условий на отдельных русских фабриках и заводах совершенно не соответствовали гигантскому росту национальной промышленности и потому не могли сколько-нибудь заметно отразиться на общих санитарных условиях страны, которые, по заключению Русского Технического Общества, прогрессивно ухудшались. Анализируя эти условия, автор постоянно проводит сравнение с постановкой этого дела в Германии, где кроме огромной массы книг и обширных руководств по фабричной гигиене, насчитывалось свыше 30 периодических изданий, чьи рекомендации по охране жизни, здоровья и умственного развития рабочего населения успешно воплощались в реальность.

Вышедший в 1903 закон об обеспечении пострадавших рабочих, как по объему действия, так и по своему характеру, признавался специалистами лишь жалким паллиативом, только частичной заплатой, поскольку не распространялся на рабочих строительных, сельскохозяйственных и ремесленных отраслей; не относился к профессиональным заболеваниям, а только к телесным повреждениям; включал в себя массу оговорок, практически сводивших на нет его действие. Таким образом, вмешательство государства в отношения между трудом и капиталом в том, что касается элементарных санитарно-гигиенических условий и безопасности труда и самой жизни рабочих, было совершенно неэффективным.

Как уже говорилось, отчеты окружных фабричных инспекций появились только за 1885; затем они перестали опубликовываться, и вплоть до 1905 покров тайны окутывал внутреннюю жизнь на фабриках и заводах, - с одной стороны, там как будто творилось что-то ужасное, а с другой - как будто бы все обстояло благополучно. Лишь с 1900 стали появляться своды отчетов фабричных инспекторов, т.е. не подлинные отчеты, а лишь извлечения из них, в виде голых цифр, и не по всем, а только по некоторым сторонам фабрично-заводской жизни. Таким образом, научная общественность была лишена возможности черпать оттуда сведения, относящиеся к санитарной обстановке в мастерских и жилых помещениях, и должна была обращаться к другим источникам, включая различного рода обследования. Большинством из них констатировалось дальнейшее ухудшение условий на промышленных предприятиях и рост профессиональных заболеваний. Это - различного рода легочные заболевания у ткачей и стеклодувов, развитие ревматизма у рабочих кирпичных заводов, преждевременное физическое изнашивание организма работников почти во всех отраслях производства.

В области жилищного вопроса, говорит Пажитнов, мы совершенно напрасно стали бы возлагать на второй этап какие-нибудь надежды; наоборот, общее ухудшение обнаруживается здесь пожалуй резче, чем где-либо еще. Последние 15-20 лет были временем усиленного бегства из деревни: города и промышленные центры развивались с поразительной - американской - быстротой, поглощая с каждым годом многие сотни тысяч людей. Первые товарищества и акционерные общества по постройке дешевых жилищ были основаны еще в конце 1850 - начале 1860-х. На них возлагались большие надежды сторонниками "упрощенного" разрешения социального вопроса в России; но прошло более 40 лет и дальше начинаний дело не пошло. Таким образом, промышленные цен-тры - как в городах, так и вне их - оказались неподготовленными к выполнению задачи - обеспечить вновь приливающим массам рабочего люда удовлетворительные в санитарном отношении условия существования. На этой почве и выросли страшная грязь, теснота и эксплуатация.

С поразительной быстротой, так сказать, по-американски происходит ассимиляция пригорода с городом, со всеми отрицательными сторонами последнего, но без соответствующих корректив. По наиболее подробным и наиболее ценным данным автора относительно состояния квартир, в которых проживает большая часть рабочего люда г. Москвы, из всех коечно-коморочных квартир Москвы 11.180, или 70,2 %, настолько переполнены, что на каждого человека, находящего в них приют, приходится менее полутора квадратных метров. Это значит, что население в них поставлено в условия, прямо сокращающие человеческую жизнь. Автор приводит ужасающие свидетельства скученности населения как в столичных, так и в провинциальных городах, и обосновывает необходимость разрешения квартирного вопроса. Снова и снова он обращается к опыту Западной Европы, где государство предпринимает ряд мер, направленных к поощрению акционерного строительства дешевых жилищ и заключающихся в освобождении этих жилищ от налога и в широком кредите из государственных средств. Со своей стороны, органы местного самоуправления приобретают целые кварталы, где расположены десятки и сотни антисанитарных домов беднейшего населения, разрушают до основания эти вредные для здоровья притоны и на их месте возводят дешевые жилища.

"Наши общественные управления..., но они состояли из представителей домовладельческих и торгово-промышленных сфер; как же им заботиться об интересах рабочих?! - восклицает автор. Лишь после 1905, с падением старого режима, может идти речь о рациональном санитарном законодательстве, о кредите из государственных средств, о деятельном участии муниципалитетов в разрешении квартирного вопроса... Предварительным условием является, конечно, участие самих трудящихся масс как в местном самоуправлении, так и в центральных государственных учреждениях, т.е. реорганизация их на демократических началах при установлении всеобщего избирательного права".

Таким образом, как благодаря многочисленным лазейкам, оставленным в законах, выпускаемых для урегулирования отношений между предпринимателями и работниками, так и благодаря последующим циркулярам, сводящим постепенно действие этих законов на нет, попытка урегулировать эти отношения сверху должна быть признана совершенно неудачной. Существенных перемен в жизнь рабочего класса она не внесла, и второй этап являлся лишь продолжением первого. Можно ли, спрашивает Пажитнов, более очевидным образом показать, что так называемое фабричное законодательство, законодательство по охране труда, преследует интересы не трудящихся масс, а административно-полицейские выгоды и выгоды капиталистов-предпринимателей? И утверждает, что нужен был опыт революционного 1905 года, чтобы вскрыть и показать всю искусственность, всю фальшь фабричного законодательства и вывести его на широкую открытую дорогу.

Г.Н. Соколова

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: Социология: энциклопедия

Найдено схем по теме ПОЛОЖЕНИЕ РАБОЧЕГО КЛАССА В РОССИИ — 0

Найдено научныех статей по теме ПОЛОЖЕНИЕ РАБОЧЕГО КЛАССА В РОССИИ — 0

Найдено книг по теме ПОЛОЖЕНИЕ РАБОЧЕГО КЛАССА В РОССИИ — 0

Найдено презентаций по теме ПОЛОЖЕНИЕ РАБОЧЕГО КЛАССА В РОССИИ — 0

Найдено рефератов по теме ПОЛОЖЕНИЕ РАБОЧЕГО КЛАССА В РОССИИ — 0