БАРТ Ролан

Найдено 5 определений
Показать: [все] [проще] [сложнее]

Автор: [российский] [зарубежный] Время: [современное]

БАРТ (Barthes) Ролан (1915-1980)
франц. социолог. Область его особых интересов - семиотика применительно к изучению проблем литературы и массовой культуры. Главное внимание Б. обращал на изучение соц. роли мифов и идеологии в повседневной жизни. Б. внес серьезный вклад в становление и развитие исследований культуры в социологич. перспективе. Соч.: Избранные работы. Семиотика. Поэтика. М., 1994; Mythologies. L., 1957; The Pleasure of the Text, L., 1975.

Источник: Российская социологическая энциклопедия

БАРТ Ролан
BARTHES, Roland) (1915-1980) Своеобразный подход Барта к литературе и обществу, часто соотносимый с французским структурализмом, является комплексным, сочетающим социологию, семиологию, литературную критику, структурную антропологию и марксизм. Он внес значительный вклад в анализ культуры, текстов и идеологии. Среди его наиболее важных работ — «Нулевая степень письма» (Barthes, 1953), «Мифологии» (1957), «S/Z» (1970), «Сад, Фурье, Лойола» (1971) и «Удовольствие от текста» (1975). См. также: Миф; Семиотика. Лит.: Culler (1983)

Источник: Социологический словарь

Барт Ролан
(1915—1980). Французский социальный теоретик и один из ведущих представителей семиологии. Его работы, обычно посвященные структуралистскому подходу, испытали влияние социальной антропологии и марксизма. Наиболее известные из них включают работы о мифах, идеологии и поп-культуре. Барт был влиятельной фигурой в изучении культуры благодаря своим трудам по семиологии и исследованиям текста, которым отдавал предпочтение перед изучением автора. Анализировал знаковое функционирование социальной повседневности. Он писал о событиях повседневной жизни, имиджах и действиях, показывая преобладание идеологии в тех сферах, которые нередко представлялись свободными от какой-либо политической значимости (например, рекламные афиши вина или маргарина). Он распространил свой интерес на антропологическое определение мифа — один из способов утверждения общественных норм в качестве не нуждающихся в доказательстве фактов природы и преобладающий аспект культуры, состоящий из системы знаков, посредством которых мы познаем и отражаем самих себя. Мода, например, может рассматриваться как система значений, в которой одежда разнится путем подчеркивания деталей, а ее обладатель находит место в постоянно меняющемся мире символов. Барт доказывал, что культурные формы в сущности неоднозначны и допускают разные интерпретации или иное понимание. Среди важнейших его работ — «Мифология» (1957) и «Основы семиологии» (1964). Перечень направлений работы и интересов Барта показывает их важность для социологии массовой коммуникации. [8].

Источник: Словарь по социологии коммуникации.

Барт Ролан
французский социолог, изучал массовую культуру в контексте мифов и идеологий в повседневной жизни, основал центр по изучению массовых коммуникаций. Он рассматривал миф, как вторичную семиотическую систему, построенную на знаках первичной системы (языка): «то, что в первичной системе было знаком (итог ассоциации понятия и образа), во вторичной оказывается всего лишь означающим… Миф как бы возвышается на ступеньку над формальной системой первичных значений». При этом мифическое знание, по мнению ученого, дает не четкий смысл, а «лишь смутное знание, образуемое из неопределенно-рыхлых ассоциаций, … единый и связный лишь в силу своей функции». – Соч.: Барт Р. Нулевая степень письма // Семиотика. М.: Радуга, 1983; Введение в структурный анализ повествовательных текстов / пер. Г.К. Косикова // Зарубежная эстетика и теория литературы XIX—XX вв.: трактаты, статьи, эссе. М.: МГУ, 1987; Избранные работы: Семиотика. Поэтика. М.: Прогресс; Универс, 1994; Драма, поэма, роман // В сб.: Французская семиотика: От структурализма к постструктурализму / пер. с фр., сост. и вступ. ст. Г.К. Косикова. М.: Прогресс, 2000; Ролан Барт о Ролане Барте / сост., пер. с фр. и послесл. С.Н. Зенкина. М.: Ad Marginem; Сталкер, 2002; Система Моды. Статьи по семиотике культуры // пер. с фр., вступ. ст. и сост. С.Н. Зенкина. М.: Издательство им. Сабашниковых, 2003; Империя знаков / пер. Я. Г. Бражниковой. М.: Праксис, 2004; Мифологии / пер., вступ. ст. и коммент. С.Н. Зенкина. М.: Изд-во им. Сабашниковых, 2-е изд., 2004. - Литература: Барт Ролан // Постмодернизм. Энциклопедия. – Мн., 2001.

Источник: Словарь новейшей социологической лексики. Теории понятия персоналии. 2011.

БАРТ (Barthes) Ролан
1915-1980) - французский литературовед, социальный философ-структуралист. Основатель Центра по изучению массовых коммуникаций (1960), профессор Практической школы высших знаний (1962), руководитель кафедры литературной семиологии в Коллеж де Франс (с 1977). Погиб в автокатастрофе. Основные работы: "Нулевая степень письма" (1953); "Мифологии" (1957); "О Расине" (1963); "Критические очерки" (1964); "Элементы семиологии" (1964); "Критика и истина" (1966); "Система моды" (1967); "S/Z. Опыт исследования" (1970); "Империя знаков" (1970); "Сад, Фурье, Лойола" (1972) и др.
Несмотря на значительный тематический разброс и множественность философских интересов Б., можно выделить основную тематику не только всего его творчества, но и структуралистской традиции в целом - принципы и методы обоснования знания . Проблема языка при этом фактически вытесняет проблему сознания в том виде, в котором сознание как далее не разложенный атом, на каком строится любое обоснование знания, присутствует в философской традиции. По этим представлениям языковая деятельность предшествует любым когитальным или перцептуальным актам познания, фиксированию любых субъект-объектных оппозиций. Таким образом, язык становится условием познания феноменов "сознания", "бытия" и пр.
Фундаментальная для структурализма тема обоснования знания разрабатывается Б. на материале социально-культурного содержания. Подвергая анализу конкретные исторические "срезы" этого материала, а таковым выступает и сугубо литературное творчество, и системы моды, этикета, различные социальные структуры, Б. пытается выявить общие механизмы порождения и функционирования этих систем, причем в таком виде, чтобы все эти явления культуры выглядели связанными друг с другом через их, как считает Б., исконно знаковую природу. Понятно, что семиотический модус того или иного культурного явления будучи возведен в ранг атрибута усложняет, а зачастую и полностью вытесняет исследование других, не знаковых, аспектов этого явления. Однако, подобная парадигма исследования, а именно, представления разрозненных, внешне не связанных культурных образований, как транзитивно сообщающихся через институт языка и функционирующих согласно его закономерностям, приводит к построению качественно новых моделей и постановке таких вопросов, которые фактически не могли возникнуть в доструктуралистскую эпоху.
Так, например, по Б. возможно решение оппозиции между социальной и природной детерминацией субъекта в литературном творчестве. В своей первой работе "Нулевая степень письма" ( Нулевая степень) Б. развивает такое понимание термина "письмо" , которое, с одной стороны, опирается на самотождественный национальный язык (здесь фактически растворены типы художественного, научного, религиозного и прочих "языков"), а с другой - на совершенно недифференцированную область индивидуального, личностного писательского "стиля", понимаемого как биологическая детерминация по сути любого субъективного литературного действия. Свою задачу, в этом случае, Б. видит в поиске тех типов письма, которые и определяют специфику построения конкретно художественного произведения. Из того, что письмо само по себе не представляется до конца, во всех своих формах, актуализируемым в каком-либо конкретном, единичном событии, следует, что его частные актуализации связаны с различным набором условий (культурных, социальных, политических и т.д.), а это значит, что письмо, по существу, - способ реализации индивидуального во всеобщем, причем, в таком виде каждый творческий акт индивида воспринимается социумом как некое осмысленное усилие, доступный общественному пониманию продукт творчества.
Впоследствии Б. пытается дифференцировать свою теорию письма в терминах разного рода отношений между знаками. Такими отношениями выступают в "Критических очерках" синтагматические, парадигматические и символические отношения. И если символическое отношение между означаемым и означающим в достаточной мере было исследовано в семиотике, то синтагматическое знакоотношение, трактуемое как специфическая ассоциация между знаками сообщения на уровне означающего, а также парадигматическое знакоотношение как ассоциация между элементами на уровне означаемого, объединяющая знаки, родственные по смыслу, возникают в этой области знания как совершенно новые методы анализа самых разных культурных явлений; более того, Б. закрепляет за каждым из этих трех типов знаковых отношений различные виды художественного сознания и как реализацию этих типов - различные виды художественных произведений. Несмотря на явную потребность в уточнении и расширении этой семиотической парадигмы на материале конкретно-литературного свойства, Б. в середине 1960-х оставляет, в какой-то мере, литературоведческие исследования, чтобы обратиться к социальной проблематике - анализу массовых коммуникаций.
Под влиянием работ Леви-Стросса Б. приходит к заключению о том, что коль скоро структурный подход позволяет обнаружить не ассоциативные, по аналогии с существующими, механизмы социального творчества в различных обществах (а у Леви-Стросса это первобытные), т.е. не случайные механизмы, зачастую примитивно сводимые к тем или иным социальным институтам, а саму кинематику отдельной культуры - "социо-логику", конкретно-истори-ческую систему духовного производства, то вполне правомерно распространение этого метода с анализа примитивных культур на исследования современных. "Социо-логика", таким образом, должна способствовать изучению тех моделей культурного творчества, которые лежали бы в основе не только литературы или дизайна, но и детерминировали бы общественные отношения конкретного социума, а значит, были бы принципами всевозможных самоописаний и самоидентификаций этой культуры. Другими словами, были бы смысло-образовательными возможностями культуры.
Интерес к нелитературным источникам анализа привел Б. к исследованию структурных особенностей женской одежды в журналах мод 1958-1959. Основной пафос работы "Система моды" состоит в выявлении взаимной конверсии различных типов творчества и производства: языка фотографии, языка описания, языка реалий, языка технологий производства. Б. пытается найти специфическую область общения этих языков, выясняя возможности перехода элементов одних языков в другие. Благодаря этой методологической перспективе Б. удается обнаружить неравнозначные зависимости между языками выделенных типов, а также ментальную конструкцию, лежащую в основе "семиологического парадокса" - следствия этой неравнозначности. Суть этого парадокса состоит в том, что общество, постоянно переводя элементы "реального языка" - по сути своей, "вещи" в элементы речи, или знаки, пытается придать элементам означения "рациональную" природу. Таким образом возникает парадоксальная ситуация превращения "вещей" в смысл и наоборот. Поиск разнообразных смыслопорождающих механизмов того или иного культурного периода приводит Б. к признанию рядоположенности любой теоретической и практической деятельности, от эстетической до инженерно-технической или политической.
Эпицентром исследовательских интересов Б. выступает, однако, не сама система знаков и денотативных значений, а возникающее в процессе коммуникации поле "коннотативных" значений, которые и позволяют тому или иному обществу дистанцироваться в культурно-историческом плане от иных обществ, с их особыми коннотативными содержаниями. Поставив проблему "семиологического парадокса", Б. утверждает, что в массовом сознании происходит фетишизация языка, а само сознание становится пристанищем разнообразных мифов, коренящихся в наделении языковых конструкций силой описываемых ими вещей и явлений. С другой стороны, вещи и явления сами начинают претендовать на "рациональность" и наделенность смыслом (феномен товарного фетишизма).
А.В. Вашкевич

Источник: Социология: энциклопедия